Франц и Софи 11 страница

Январь 2004 года

В прошлом году в феврале «Ле Матэн» вышла с заголовком: «Куда подевалась Софи Дюге?»

В тот момент только-только выяснилось, что после Лео Жерве Софи убила некую Веронику Фабр, чьи документы помогли ей скрыться. А тогда никто и предположить не мог, что в июне наступит черед управляющего забегаловки, который нанял ее «по-черному».

В этой девушке таится внутренняя сила, которой никто не мог бы в ней заподозрить. Даже я сам, хотя знаю ее лучше всех. «Инстинкт выживания» — не пустые слова. Чтобы Софи выпуталась, мне пришлось ей немного помочь, но теперь я склоняюсь к мысли, что она обошлась бы и Франц и Софи 11 страница без меня. Во всяком случае, факт налицо: Софи по-прежнему на свободе. Она много раз меняла города, прическу, внешний облик, привычки, занятия, знакомых.

Несмотря на все сложности, связанные с ее бегством и необходимостью жить на нелегальном положении, никогда не задерживаясь на одном месте, мне удалось не ослаблять давления на нее, потому что мои методы эффективны. На протяжении этих месяцев мы с ней были как два слепых актера, разыгрывающие одну трагедию: мы были созданы, чтобы встретиться, и этот момент настал.

Говорят, что залогом успеха наполеоновских войн была смена стратегии. Именно благодаря этому преуспела и Софи. Она сотню раз меняла направление. И только Франц и Софи 11 страница что опять изменила свои планы. Она собирается снова сменить имя… Это произошло совсем недавно. Благодаря проститутке, с которой она случайно познакомилась, ей удалось добыть настоящие поддельные документы. Документы совершенно поддельные, но имя в них значится настоящее, его почти можно проверить, во всяком случае оно безупречно и не связано ни с чем предосудительным. После этого она сразу же сменила город. Должен признать, что до меня не сразу дошло, с какой стати она купила по такой непомерной цене выписку из свидетельства о рождении, которая действительна не более трех месяцев. Я все понял, когда увидел, как она заходит в брачное агентство Франц и Софи 11 страница.

Очень ловкий ход. Пусть Софи продолжает мучиться безликими кошмарами, дрожать как осиновый лист с утра до вечера, следить с маниакальной тщательностью за каждым своим поступком и движением, должен признать, что реакции у нее на редкость быстрые и нестандартные. Что и меня заставляет постоянно держаться начеку и мгновенно приспосабливаться.

Я солгал бы, если б сказал, что это было трудно. Я ведь так хорошо ее знаю… Мне было досконально известно и как она отреагирует, и что ее интересует. Раз уж я точно знал, что именно она ищет, то, полагаю, был единственным, кто сумел бы это идеально воплотить. Но чтобы все получилось Франц и Софи 11 страница абсолютно достоверно, нельзя было становиться идеальным кандидатом, тут требовался тонкий расчет. Сначала Софи меня отвергла. Потом за меня все сделало время. Она колебалась, но вернулась. Я сумел показаться достаточно неуклюжим, чтобы вызвать доверие, и достаточно хитроумным, чтобы не оттолкнуть ее. Старший сержант из службы связи, я кажусь приемлемым кретином. А поскольку в ее распоряжении было всего три месяца, и то несколько недель назад, Софи решила ускорить события. Мы провели вместе несколько ночей. И тут я, как мне кажется, также исполнил свою партитуру с должной тонкостью.



В результате позавчера Софи сделала мне предложение.

Я его принял.

Франц и Софи

Квартира невелика, но Франц и Софи 11 страница планировка очень удачная. Как раз то, что нужно для семейной пары. Именно так сказал Франц, когда они все обустроили, и Софи полностью с ним согласилась. Три комнаты, и в двух из них балконные двери выходят во внутренний садик. Они на самом последнем этаже. Место спокойное. Почти сразу после переезда Франц отвез ее на военную базу, которая располагалась всего в двенадцати километрах, но заходить туда они не стали. Он только кивнул часовому, который рассеянно ему ответил. Занят он не очень плотно, рабочее расписание устанавливал себе сам, поэтому уходит из дома поздно, а приходит рано.

Бракосочетание состоялось в мэрии Шато Франц и Софи 11 страница-Люк. Франц озаботился найти двух свидетелей. Софи думала, что он, скорее всего, представит ей двух коллег с базы, но нет, он сказал, что это дело личное и пусть таким и останется (он все-таки довольно изворотлив: получил же он как-то неделю отпуска…). Двое мужчин лет под пятьдесят, которые, казалось, были знакомы, ждали их на крыльце ратуши. Они чуть неловко пожали руку Софи, а Франца приветствовали легким кивком. Заместительница мэра пригласила всех в зал бракосочетаний и, заметив, что их всего четверо, спросила: «Это все?» — и тут же прикусила губу. Было ощущение, что ей не терпелось покончить с Франц и Софи 11 страница церемонией.

— Лишь бы дело свое сделала, — заметил Франц.

Чисто военный подход.

Франц мог бы прийти на бракосочетание в форме, но предпочел гражданский костюм, поэтому Софи так ни разу и не видела его в мундире, даже на фотографии; себе она купила цветастое платье, которое красиво облегало бедра. За несколько дней до этого Франц, краснея, показал ей подвенечное платье своей матери, немного потрепанное, но Софи оно очаровало: сама роскошь, облеченная в волны муслина, ниспадающие как снег. На долю платья, очевидно, пришлось немало испытаний. В некоторых местах ткань потемнела, как если бы там были замытые пятна. Наверное, Франц что-то имел в виду, но Франц и Софи 11 страница, когда он удостоверился в реальном состоянии платья, идея испарилась сама собой. Софи была удивлена, что он сохранил подобную реликвию. «Ну да, — недоуменно ответил он. — Сам не знаю зачем… Надо бы выбросить, это ж старье». И все же убрал платье в шкаф у входной двери, что вызвало у Софи улыбку. Когда они вышли из мэрии, Франц протянул цифровой фотоаппарат одному из свидетелей и кратко объяснил, как наводить на резкость. «Потом достаточно нажать вот здесь…» Скрепя сердце она встала рядом с ним, бок о бок, на крыльце ратуши. Потом Франц отошел с обоими свидетелями. Софи отвернулась, ей не хотелось видеть Франц и Софи 11 страница, как купюры переходят из рук в руки. «Это все же свадьба…» — пришла ей в голову глупая мысль.

В качестве мужа Франц не вполне соответствовал тому представлению, которое сложилось у Софи о нем как о «женихе». Он тоньше, не такой прямолинейный в своих порывах. Как часто случается с неотесанными людьми, Франц говорит иногда очень точные и трогательные вещи. Он стал более молчалив с тех пор, как не чувствует себя обязанным поддерживать разговор, но смотрит на Софи как на одно из чудес света, как на мечту во плоти. Он произносит «Марианна…» так мило, что Софи в конце концов привыкла к своему Франц и Софи 11 страница новому имени. Вообще-то она его представляла «мужчиной на побегушках». И вдруг, к собственному удивлению, обнаружила у него некоторые достоинства. Во-первых — и этого она никак не могла предположить, — он оказался сильным мужчиной. Софи, у которой мужская мускулатура никогда не вызывала сексуальных фантазмов, в первые их совместные ночи была счастлива почувствовать мощные руки, твердый живот, накачанную грудь. Она была по-детски очарована, когда однажды вечером он сумел с улыбкой усадить ее на крышу автомобиля, даже не согнув коленей. В ней ожила потребность в защите. Сжатый ком невероятной усталости где-то в глубине ее существа начал понемногу таять. Все произошедшее Франц и Софи 11 страница лишило ее всякой надежды на настоящее счастье, и теперь она испытывала ощущение внутреннего комфорта, которого ей почти хватало. Некоторые супружеские пары продержались на подобном ощущении десятилетия. Была толика презрения в том, что она выбрала его за простоту. Толика уважения принесла ей теперь некоторое облегчение. Не отдавая себе полностью отчета, она приникала к нему в постели, позволяла обнимать себя, позволяла целовать, позволяла проникать в нее, и так прошли их первые недели — черно-белые, но в новых пропорциях. Что касается черного, то лица мертвецов не стерлись из памяти, но возвращались с большими перерывами, будто отдаляясь. Что же до белого, она стала Франц и Софи 11 страница лучше спать и не то чтобы ожила, но что-то в ней просыпалось; она получала наивное удовольствие, занимаясь хозяйством, или снова начав готовить — как если бы играла в кукольный обед, — или занявшись поиском работы, не слишком настойчиво, потому что денежное содержание Франца, как он заверял, обеспечивало их достаточно надежно, по крайней мере на ближайшее время.

В первые дни Франц уезжал на базу к 8:45 и возвращался где-то в 16–17 часов. Вечером они ходили в кино или в кафе на Тамплие, в нескольких минутах от дома. Их траектория была прямо обратна привычной: они сначала поженились, а теперь узнавали друг друга. И Франц и Софи 11 страница все же разговаривали они мало. Она затруднилась бы вспомнить, о чем именно, настолько естественно протекали их вечера. Не совсем так. К одной теме они возвращались постоянно. Как бывает со всеми парами на первых порах, Франц настойчиво интересовался жизнью Софи, ее предыдущей жизнью, родителями, учебой. Много ли у нее было любовников? В каком возрасте она потеряла невинность?.. Короче, все то, что, по утверждению мужчин, их совершенно не интересует, но о чем они беспрестанно расспрашивают. Софи пришлось создать правдоподобных родителей, поведать об их разводе, во многом списанном с реального, она придумала себе новую мать, которая мало походила на настоящую, и, разумеется, ни слова Франц и Софи 11 страница не сказала о браке с Венсаном. Относительно любовников и невинности она ограничилась набором банальностей, и Франца это удовлетворило. Для него жизнь Марианны прерывалась лет пять-шесть назад и возобновлялась с их свадьбой. Между этими двумя моментами оставался большой зазор. По ее соображениям, рано или поздно придется сосредоточиться и разработать приемлемую историю, покрывающую этот период. Но время еще есть. Франц проявляет любопытство влюбленного, но он не сыщик.

Поддавшись новому ощущению покоя, Софи снова вернулась к чтению. Франц постоянно приносит ей из соседней лавки книжки в мягких обложках. Она уже давно не следила за новинками, поэтому отдается на волю случая Франц и Софи 11 страница, то есть Франца, а ему везет с выбором: конечно, несколько названий оказались пустышками, но он принес «Женские портреты» Читати и, будто знал, что она любит русских авторов, «Жизнь и судьбу» Василия Гроссмана и «Тайгу-блюз» Иконникова. А еще они вместе смотрели фильмы по телевизору и те, которые он приносил из видеоклуба. И здесь ему тоже сопутствовала удача: она смогла увидеть «Вишневый сад» с Пикколи, который пропустила в театре в Париже несколько лет назад. С течением недель Софи чувствовала, как ее охватывает почти сладострастное оцепенение, нечто схожее с той чудесной супружеской леностью, которая иногда посещает неработающих жен.

Этот ступор оказался ловушкой Франц и Софи 11 страница. Она приняла его за симптом обретенной безмятежности, а он оказался предвестником новой фазы депрессии.

Однажды ночью она начала биться в постели, мечась по сторонам. И внезапно возникло лицо Венсана.

В ее сне лицо Венсана было огромным, деформированным, будто смотришь на него под большим углом или в кривое зеркало. И это было не совсем лицо ее Венсана, того Венсана, которого она любила. Это был Венсан после несчастного случая, со слезящимися глазами, с вечно свисающей набок головой, со ртом, приоткрытым в безнадежной попытке выдавить хоть слово. Но во сне Венсан больше не изъяснялся бульканьем. Он говорил. Пока Софи извивалась в Франц и Софи 11 страница кошмаре, пытаясь от него увернуться, он пристально смотрел на нее и говорил спокойным серьезным голосом. Голос тоже был не совсем его, как и лицо, но все-таки это был он, потому что говорил о вещах, которых никто, кроме него, знать не мог. Лицо оставалось неподвижным, а зрачки все росли, пока не превратились в большие темные гипнотические блюдца. Я здесь, Софи, любовь моя, я говорю с тобой из смерти, куда ты меня отправила. Я пришел сказать, как любил тебя, и показать, как люблю до сих пор. Софи забилась, но взгляд Венсана приковал ее к постели, и как она ни пыталась Франц и Софи 11 страница оттолкнуть его, размахивая руками, ничего не помогало. Почему ты меня отправила на смерть, любовь моя? Дважды, ты помнишь? Во сне была ночь. В первый раз это была просто судьба. Венсан осторожно едет по шоссе, мокрому от дождя. Через ветровое стекло она видит, как его мало-помалу одолевает дремота, голова падает, он медленно ее поднимает, она видит, как мигают его глаза, щурясь в попытке преодолеть сонливость, а дождь усиливается, заливает всю дорогу, и порывистый ветер бросает на дворники тяжелые листья платанов. Я просто устал, греза моя Софи, в тот момент я еще не был мертв. Почему ты захотела моей смерти? Софи Франц и Софи 11 страница бьется, пытаясь ему ответить, но язык становится тяжелым и вязким, заполняет весь рот. Ты ничего не говоришь мне, ведь так? Софи хотела бы ответить… Сказать: «Любовь моя, как мне тебя не хватает, как мне не хватает жизни после твоей смерти, как мертва я сама с тех пор, как тебя нет». Но не может выговорить ни слова. Ты помнишь, каким я был? Знаю, что помнишь. С тех пор как я умер, я не говорю и не двигаюсь, теперь слова остаются внутри меня, я просто пускаю слюни, помнишь, как я пускал слюни, голова моя тяжела, душа моя, и душа Франц и Софи 11 страница моя тяжела, а как тяжело у меня на сердце, когда я вижу, как ты смотришь на меня в эту ночь! Я тоже помню тебя до мельчайших деталей. В день моей второй смерти. На тебе синее платье, которое я никогда не любил. Ты стоишь у елки, радость моя Софи, скрестив руки, такая молчаливая (двигайся, Софи, проснись, не позволяй воспоминанию захватить тебя, ты будешь страдать… не сдавайся), ты глядишь на меня, я просто пускаю слюни, я ничего не могу сказать, как всегда, но с любовью смотрю на мою Софи, а ты отвечаешь мне пристальным взглядом, исполненным такой страшной суровости, злобы Франц и Софи 11 страница, отвращения, и я понимаю, что моя любовь больше ничего не может изменить: ты начала ненавидеть меня, я стал мертвым грузом в твоей жизни на века и на века (не поддавайся, Софи, крутись в постели, не позволяй кошмару овладеть тобой, ложь убьет тебя, это не ты там, проснись любой ценой, сделай усилие и проснись), и ты спокойно отворачиваешься, прикасаешься к елочной лапе, снова смотришь на меня, в твоем взгляде безразличие, ты чиркаешь спичкой и зажигаешь одну из маленьких свечек (не позволяй ему говорить это, Софи, Венсан ошибается, ты никогда бы такого не сделала. Ему трудно, печаль его велика, потому что он мертв, но Франц и Софи 11 страница оставайся живой, Софи. Проснись!), елка вспыхивает одним ненасытным факелом, и я вижу, как на другом конце комнаты ты исчезаешь за завесой огня, и, пока пламя добирается до штор, а я, прикованный к креслу, в ужасе напрягаю в бесплодном усилии мускулы, ты уходишь, огонек мой Софи (если не можешь шевельнуться, Софи, то кричи!), мираж мой Софи, вот ты стоишь наверху лестницы, на широкой площадке, куда ты выкатила мое кресло. Ты явилась завершить свое дело, это именно так… Сколько воли и решимости в твоем лице (сопротивляйся, Софи, не позволяй смерти Венсана поглотить тебя). Передо мной пропасть уходящей вниз Франц и Софи 11 страница каменной лестницы, широкой, как кладбищенская аллея, глубокой, как колодец, и ты, смерть моя Софи, мягко проводишь рукой по моей щеке, вот твое прощание, рука на моей щеке, твои губы сжимаются, скулы твердеют, а ладони за моей спиной ложатся на ручки кресла-каталки (борись, Софи, не сдавайся, кричи громче), и мое кресло, повинуясь мощному толчку, взлетает, и я взлетаю вместе с ним, убийца моя Софи, и вот я на небе ради тебя и жду тебя здесь, Софи, ибо желаю, чтобы ты была рядом, и вскоре ты будешь рядом (кричи! кричи!), ты можешь кричать, любовь моя, но я знаю, что ты идешь Франц и Софи 11 страница ко мне. Сегодня ты еще сопротивляешься, но завтра ты с облегчением вернешься ко мне. И мы будем вместе на века и века…

Задыхаясь, в холодном поту, Софи села в кровати. Ее отчаянный крик еще звенел в комнате… Приподнявшись рядом с ней, Франц в ужасе смотрел на нее. Он протянул к ней руки.

— Что случилось? — спросил он.

Крик застрял у нее в горле, дыхание перехватило, кулаки ее были сжаты, ногти глубоко впились в ладони. Франц взял ее руки в свои и разогнул пальцы, один за другим; он мягко заговорил с ней, но для Софи в тот момент все голоса были Франц и Софи 11 страница одинаковы, и даже голос Франца походил на голос Венсана. Голос из ее сна. Тот самый Голос.

Начиная с того дня с невинными радостями было покончено. Как в худшие свои времена, Софи вся сосредоточилось на том, чтобы не соскользнуть в безумие. В течение дня она старалась не спать. Но иногда сон наваливался на нее, становясь неодолимым. Ночью и днем ее посещали мертвецы. То Вероника Фабр с улыбающимся окровавленным лицом, смертельно раненная, но живая. Она говорила с ней и рассказывала о своей смерти. Но только не своим голосом — с Софи говорил Голос, всегда один и тот же Голос, Голос, который Франц и Софи 11 страница знал все, — и все детали, и всю ее жизнь. Я жду вас, Софи, говорила Вероника Фабр, с тех пор как вы меня убили, я знаю, что скоро вы ко мне присоединитесь. Господи, как больно вы мне сделали… Представить себе не можете. Я все расскажу вам, когда вы присоединитесь ко мне. Я знаю, что вы скоро придете… Совсем скоро вы захотите присоединиться ко мне, присоединиться к нам всем. Венсан, Лео, я… мы все ждем вас и готовы принять…

Целыми днями Софи больше не двигается, просто лежит плашмя. Франц в ужасе, предлагает вызвать врача, она яростно отказывается. Берет себя в руки и старается его Франц и Софи 11 страница успокоить. Но по лицу его видит, что он ничего не понимает, что отказываться от врача в такой ситуации — это выше его понимания.

Он возвращается домой все раньше и раньше. Но он слишком беспокоится. И вскоре заявляет:

— Я попросил небольшой отпуск. У меня еще оставались неиспользованные дни.

Теперь он с ней неотлучно. Когда она проваливается в сон, он смотрит телевизор. В разгар дня. Она различает стриженый затылок Франца на фоне телевизионного экрана, и сон снова уносит ее. И все время одни и те же слова, одни и те же мертвецы. В ее снах маленький Лео говорит с Франц и Софи 11 страница ней взрослым мужским голосом, которого у него никогда не будет. Лео говорит с ней тем самым Голосом. Он рассказывает, и с жуткими подробностями, какую боль причинили ему шнурки, впиваясь в горло, как он изо всех сил пытался вдохнуть, как бился, как пытался закричать… И все мертвецы возвращаются, день за днем, ночь за ночью. Франц готовит ей травяные чаи, варит бульон, снова и снова предлагает вызвать врача. Но Софи не хочет никого видеть, ей едва удалось исчезнуть, она не желает рисковать, не хочет, чтобы ее считали сумасшедшей, не хочет, чтобы ее заперли в лечебнице, она клянется, что сумеет справиться сама. После приступов Франц и Софи 11 страница у нее ледяные руки, а сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Но хотя кожа ледяная, вся одежда пропитана потом. Она спит и днями, и ночами. «Это приступы страха. Такое случается. Само пройдет…» — пытается она успокоить Франца. Тот улыбается, но без особой уверенности.

Однажды она ушла. Всего на несколько часов.

— Четыре часа! — восклицал Франц, как будто объявлял о спортивном рекорде. — Я с ума сходил. Где ты была?

Он взял ее руки в свои. Он действительно был очень встревожен.

— Я вернулась, — сказала Софи, как будто такого ответа он и ждал.

Франц желает понять, это исчезновение напугало его. Ум у него простой Франц и Софи 11 страница, но рациональный. То, чего он не понимает, приводит его в замешательство.

— Что я буду делать, если ты начнешь так исчезать! Я хочу сказать… где я тебя буду искать?

Она говорит, что не помнит. Он настаивает:

— Целых четыре часа, не может быть, чтобы ты ничего не помнила!

Софи заводит странные, прозрачные глаза.

— В кафе, — бросает она, как если бы говорила сама с собой.

— Кафе… Ты была в кафе… В каком кафе? — допытывается Франц.

Она потерянно смотрит на него:

— Я точно не знаю.

Софи заплакала. Франц прижал ее к себе. Она обмякла в его руках. Это было в апреле. Чего она хотела Франц и Софи 11 страница? Может, покончить со всем разом. И все же она вернулась. Помнит ли она, что делала эти четыре часа? И что вообще можно сделать за четыре часа?

Месяцем позже, в начале мая, Софи, совершенно измученная, действительно исчезла.

Франц вышел на несколько минут, сказав: «Сейчас вернусь, я быстро, не волнуйся». Софи подождала, пока его шаги затихнут на лестнице, надела куртку, механически собрала кое-какие вещи и сбежала. Выбралась из дома через подсобку для сбора мусора, дверь которой выходила на соседнюю улицу. Побежала. Стучало и в голове, и в груди. Двойной стук отдавался грохотом во всем теле, от живота до висков Франц и Софи 11 страница. Она бежала. Ей стало очень жарко, она сорвала с себя куртку и кинула ее на тротуар, но продолжала бежать, постоянно оглядываясь. Может, она боится, что мертвецы бегут следом? 6.7.5.З. Она должна помнить это. 6.7.5.3. Дыхание сбивается, грудь горит, вот она уже у автобусов и скорее впрыгивает, чем поднимается в один из них. Деньги она не взяла. Роется в карманах, но напрасно. Шофер смотрит на нее как на ту, кто она и есть, — как на сумасшедшую. Она извлекает монету в два евро, завалявшуюся в кармане джинсов. Шофер о чем-то спрашивает, вопроса она не слышит, но отвечает: «Все в Франц и Софи 11 страница порядке» — одна из тех фраз, которые всегда под рукой, чтобы успокоить окружающих. Все в порядке. 6.7.5.З. Не забыть. Рядом с ней человека три-четыре, не больше, и они исподтишка ее разглядывают. Она пытается оправить одежду. Садится на последнее сиденье и через заднее стекло следит за уличным движением. Ей хочется курить, но это запрещено, и в любом случае она все забыла дома. Автобус направляется к вокзалу. Он подолгу стоит на светофорах и с трудом трогается с места. Дыхание Софи немного выравнивается, но с приближением к вокзалу ее снова охватывает страх. Она боится окружающего мира, боится людей, боится поездов. Боится всего. Не может быть Франц и Софи 11 страница, чтобы ей удалось сбежать вот так, настолько легко. Постоянно оглядывается по сторонам. Лица позади нее — нет ли на них маски надвигающейся смерти? Она дрожит все сильнее; после стольких выматывающих дней и ночей даже простое усилие — добежать до автобуса и пройти через вокзал — лишило ее последних сил. «Мелён», — говорит она. 6.7.5.3. Нет, у нее нет скидки. Да, через Париж, — она настойчиво сует свою кредитку, хоть бы кассир взял ее скорее, ей нужно избавиться от цифр, пока она их не забыла: 6.7.5.3, пусть кассир выдаст ей билет, пусть посадит в поезд, она хочет скорее увидеть, как мелькают за окном вокзалы, хочет Франц и Софи 11 страница уже выйти из поезда… Да, ей придется долго ждать пересадки, и наконец кассир набирает что-то на клавиатуре, запускает стрекочущий принтер, билет перед ней, кассир говорит: «Можете набрать ваш код». 6.7.5.3. Победа. Над кем? Софи отворачивается и уходит. Она оставила свою кредитку в считывающем устройстве. Какая-то женщина указывает ей на это со снисходительной улыбкой. Софи вытаскивает кредитку из аппарата. Все это вызывает привкус дежавю, Софи беспрестанно проигрывает в памяти те же сцены, то же бегство, те же смерти вот уже… сколько? Это должно прекратиться. Она роется в карманах в поисках сигарет, натыкается на кредитку, которую туда засунула, а когда Франц и Софи 11 страница поднимает голову, перед ней стоит перепуганный Франц и спрашивает: «Куда ты собралась в таком виде?» Он держит в руках куртку, которую она бросила на улице. Качает головой. «Идем домой. На этот раз придется вызвать врача… Сама видишь…» Мгновение она колеблется, прежде чем согласиться. Очень короткое мгновение. Но овладевает собой. «Нет, не надо врача… Я иду домой». Он улыбается ей и берет за руку. Софи чувствует тошноту, начинает крениться. Франц держит ее за локоть. «Идем, — говорит он. — Я припарковался совсем близко». Софи смотрит на недоступный для нее вокзал, закрывает глаза, словно принимая некое решение. Потом поворачивается к Францу и обнимает Франц и Софи 11 страница его за шею. Прижимаясь, говорит: «О Франц…» — плачет, и пока он несет ее — скорее несет, чем поддерживает — к выходу, к машине, к дому, она бросает на пол железнодорожный билет, скатанный в комок, утыкается головой в его плечо и рыдает.

Франц всегда рядом. Когда сознание к ней возвращается, она просит прощения за ту жизнь, которую ему устроила. Он робко намекает, что хотел бы получить объяснение. Она обещает рассказать. Говорит, что сначала ей нужно отдохнуть. Этот припев про «нужно отдохнуть» — волшебное слово, которое на несколько часов закрывает все двери, давая ей возможность перевести дыхание и время собраться с силами, подготовиться к будущим Франц и Софи 11 страница битвам, снам, смертям и ненасытным гостям. Франц уходит в магазин. «Не хочу потом бегать за тобой по всему городу», — говорит он с улыбкой и, выходя, запирает дверь на ключ. Софи с благодарностью улыбается в ответ. Франц занимается хозяйством, пылесосит, готовит, покупает жареных кур, индийские блюда, китайские блюда, берет фильмы в видеоклубе и приносит их домой, взглядом ища одобрения. Софи говорит, что он замечательно убирается и еда очень вкусная, а фильмы замечательные, вот только она засыпает перед экраном почти сразу после вступительных титров. Ее тяжелая голова вскоре погружается в мир смерти, а Франц держит ее за руки, когда Франц и Софи 11 страница она просыпается, лежа на полу, без голоса, без дыхания, почти без жизни.

И то, что должно было случиться, случилось. Воскресенье. Софи уже несколько дней совсем не спала. И столько кричала, что потеряла голос. Франц хлопочет вокруг нее, всегда рядом, кормит, потому что сама она не желает и куска проглотить. Просто удивительно, как этот мужчина воспринял безумие женщины, на которой только что женился. Он, наверное, святой. Такой преданный, готовый жертвовать собой. «Я все жду, когда ты согласишься позвать врача, тебе же станет лучше…» — объясняет он. Она говорит, что ей «и так скоро станет лучше». Он настаивает. Пытается понять, какая логика Франц и Софи 11 страница способна объяснить этот отказ. Боится, что вмешивается в ту теневую сторону ее жизни, куда ему пока нет доступа. Что у нее в голове? Она старается его успокоить, чувствует, что должна сделать что-нибудь нормальное, чтобы как-то унять его тревогу, поэтому иногда она ложится на него, трется, пока не ощутит его желание, открывается ему, ведет за собой, старается доставить ему удовольствие, вскрикивает, закрывает глаза, ждет, когда он расслабится.

Итак, воскресенье. День спокойный, как сама скука. Утром по всему дому перекликались голоса жильцов, возвращающихся с рынка или моющих машины на парковке. Софи все утро смотрела в окно, куря одну за другой сигареты и Франц и Софи 11 страница пытаясь натянуть рукава свитера на руки, так ей было холодно. Усталость. Она сказала: «Мне холодно». Ночью она проснулась, и ее вырвало. Ее до сих пор подташнивает. Она чувствует себя грязной. Душ не помог, она хочет принять ванну. Франц набрал ей воды — слишком горячей, как она часто просит, добавил ароматические соли, которые он любит, а она молча ненавидит — от них несет химией и тошнотворной отдушкой… но ей не хочется раздражать его. Да и какая разница… Все, чего она хочет, — это горячей-прегорячей воды, чего-то, что могло бы согреть ее продрогшие кости. Он помогает ей раздеться. В Франц и Софи 11 страница зеркале Софи видит свое тело, тощие плечи, костлявые бедра, свою худобу — она бы заплакала, если б ее не бросило в дрожь… Сколько она весит? И внезапно она проговаривает громким голосом то, что предстало перед ней со всей очевидностью: «Мне кажется, я умираю». Она сама потрясена этим признанием. Несколько недель назад она точно так же говорила «Со мной все в порядке». Одна правда стоит другой. Софи медленно, постепенно угасает. День за ночью, кошмар за кошмаром, Софи чахнет и хиреет. Она тает. Скоро она станет прозрачной. Она еще раз вглядывается в собственное лицо, выступившие скулы, круги под глазами. Франц тут же прижимает Франц и Софи 11 страница ее к себе. Говорит милые глупые слова. Делает вид, что его просто смешит чудовищность того, что она сказала. И на этот раз перебарщивает. Он с силой похлопывает ее по спине, как будто прощаясь с кем-то, отправляющимся в долгий путь. Говорит, что вода горячая. Софи с содроганием опускает руку в ванну. Ее трясет с головы до ног. Франц добавляет холодной воды, она наклоняется, говорит, что так хорошо, и он выходит. Доверчиво улыбается, удаляясь, но оставляет двери приоткрытыми. Услышав, что он включил телевизор, Софи вытягивается в ванне, тянется к столику, хватает ножницы, внимательно осматривает свои запястья с едва заметными голубоватыми Франц и Софи 11 страница прожилками вен. Раздвигает ножницы, примеривается, выбирает самый косой угол, бросает взгляд на затылок Франца и, кажется, черпает в этом зрелище окончательную уверенность. Делает глубокий вдох и наносит резкий скользящий удар. Потом расслабляет все мышцы и мягко погружается в ванну.

Первое, что она видит, — Франца, который сидит у ее кровати. Потом свою левую руку — плотно забинтованную, уложенную вдоль тела. Потом, наконец, палату. В окно сочится неясный свет, он может означать и начало, и конец дня. Франц адресует ей терпеливую улыбку. Он ласково держит ее за кончики пальцев — это все, что выступает из-под повязки. Гладит их, не говоря ни Франц и Софи 11 страница слова. Софи ощущает ужасную тяжесть в голове. Рядом с ними столик, на нем — поднос с едой.

— Тебе принесли поесть, вот… — говорит он.

Это его первые слова. Ни вопроса, ни упрека, ни даже страха. Нет, Софи не хочет есть. Он качает головой, как будто лично его это ставит в затруднительное положение. Софи закрывает глаза. Она все прекрасно помнит. Воскресенье, сигареты у окна, холод, пробирающий до костей, и ее мертвое лицо в зеркале ванной. Ее решение. Уйти. Уйти окончательно. Хлопает дверь, Софи открывает глаза. Появляется медсестра. Мило улыбается, обходит кровать, проверяет капельницу, которую Софи сразу не заметила. Профессиональным движением прикладывает палец к точке под Франц и Софи 11 страница челюстью и через несколько секунд снова улыбается.

— Отдыхайте, — говорит она, выходя, — врач скоро придет.

Франц остается, смотрит в окно, пытаясь прийти в себя. Софи выговаривает: «Мне так жаль…» — и он не находит, что ответить. Продолжает смотреть в окно, теребя кончики ее пальцев. В нем ощущается удивительная сила инерции. Она чувствует, что он здесь навсегда.

Врач оказался маленьким и невероятно подвижным толстячком. Лет пятидесяти, уверенный в себе, с успокаивающей лысиной. Ему хватило одного взгляда и быстрой улыбки, чтобы Франц почувствовал, что придется выйти. Врач занял его место.


documentagjtwfp.html
documentagjudpx.html
documentagjulaf.html
documentagjuskn.html
documentagjuzuv.html
Документ Франц и Софи 11 страница